Догэн Дзэндзи. Тэндзо Кёкун

Тэндзо Кёкун

Наставления для повара Дзэн
С древних времён в общинах, практикующих путь Будды, есть 6 должностей, установленных, чтобы надзирать над делами общины. Все монахи, занимающие эти должности, являются учениками Будды, и все они совершают действия Будды за счёт своих должностей. Среди этих постов есть тэндзо, который несёт ответственность за приготовление еды общины.
В Чаньюань Цингуй написано, что “работа тэндзо – это заведовать едой для монахов”. Эта работа всегда совершалась учителями, обосновавшимися на пути, и теми, кто пробудил в себе дух Бодхисаттвы. Такая практика требует напряжения всех твоих сил. Если человеку, которому поручили это дело, не достаёт такого духа, то он просто бессмысленно переносит невзгоды и страдание, которые не имеют никакой ценности для его поиска пути.

Чаньюань Цингуй также говорит: “Вложи в роботу свой пробуждённый ум, делая постоянное усилие подавать блюда, полные разнообразия и подходящие к потребностям и поводам, которые позволят всем практиковать своим телом и умом с наименьшими препятствиями”.

В течение веков многие великие учителя и патриархи, такие как Гуйшань Линю и Дуншань Шоучу, служили в качестве тэндзо. Хотя эта работа и является простым приготовлением пищи, но по духу она отличается от работы обычного повара или помощника по кухне.

Когда я был в Китае, то в своё свободное время разговаривал со многими старшими монахами, у которых были годы опыта работы на различных постах. Они немного научили меня тому, чему научились в своей работе. Что они сказали мне, несомненно, должно быть сутью того, что передавалось на протяжении веков прошлыми Буддами и патриархами, обосновавшимися на пути.

Мы должны тщательно изучить Чаньюань Цингуй в отношении общей работы тэндзо, и более того, мы должны внимательно слушать то, что говорят нам о деталях те, которые делали эту работу.

Теперь я приступлю к работе тэндзо, покрывая период в один полный день. После полуденной еды тэндзо должен пойти к цусу и кансу, чтобы получить рис, овощи и другие ингредиенты для последующих утренней и полуденной еды. Когда он получил их, то он должен обращаться с ними также осторожно, как если бы это были его собственные глаза. Жэньюн из Баонен сказал: “Используй собственность и имущество общины также осторожно, как если бы это были твои собственные глаза”. Со всем продовольствием, которое он получил, тэндзо должен обращаться с уважением, как если бы оно использовалось в пище императора. С варенной и невареной пищей нужно обращаться одинаковым образом.

Потом все занимающие должности люди встречаются на кухне или кладовой и решают, какую еду надо сготовить для следующего дня, например, вид рисовой каши, овощей, приправ. В Чаньюань Цингуй говорится: “При решении о количестве пищи и числе гарнирных блюд для еды на утро и в полдень, тэндзо должен посоветоваться с другими людьми, занимающими должности. Это цусу, кансу, фусу, ино и сиссуй. Когда они выбрали еду, то меню должно быть вывешено на доске объявлений перед комнатой абта, также как и перед залом для учения”.

Когда это сделано, то может начинаться подготовка для еды следующего утра. Ты не должен оставлять помывку риса и подготовку овощей другим, а должен сделать эту работу своими собственными руками. Вложи в неё всё своё внимание, смотря только на то, чего требует ситуация. Не будь в своих действиях ни рассеянным, ни таким поглощённым одним аспектом дела, что не сможешь заметить его другие аспекты. Не упускай из виду ни одной капли в океане добродетели [вверяя работу другим]. Взращивай дух, который старается увеличить основу добродетели до горы добродетели.

В Чаньюань Цингуй мы также находим: “Если тэндзо предлагает еду, не имеющую гармонии шести вкусов и трёх качеств, то нельзя сказать, что он служит общине”.

Когда ты моешь рис, то удали весь песок, который найдёшь. Поступая таким образом, не потеряй ни одного зёрнышка риса. Когда ты смотришь на рис, то и в то же самое время замечай песок; Когда ты смотришь на песок, то замечай и рис. Внимательно исследуй их обоих. В таком случае еда, содержащая 6 вкусов и 3 качества, появится естественным образом.

Суэфэн Ицунь был однажды тэндзо у Дуншань Лянцзе. Один раз, когда Суэфэн мыл рис, так случилось, что мимо проходил Дуншань, и он спросил: “Ты моешь песок и отбираешь рис или ты моешь рис и отбираешь песок?”. Суэфэн ответил: “Так что же едят здешние жители?”. Дуншань не отставал. В ответ Суэфэн перевернул ведро с рисом. Глядя на это, Дуншань сказал: “Придёт день, когда ты будешь практиковать у другого мастера”.

Таким же образом величайшие учителя прошлого, которые обосновались на пути, совершали свою работу своими собственными руками. Как же мы, сегодняшние неопытные практикующие, могли бы оставаться такими пренебрежительными в нашей практике! Те, кто пришёл до нас, сказали: “Ищущий путь ум тэндзо осуществляется закатыванием своих рукавов”.

Для того чтобы не потерять ни капельки риса, когда отбираешь песок, делай это осторожно своими собственными руками. И снова мы находим в Чаньюань Цингуй: “Уделяй работе приготовления пищи всё своё внимание; Обращай внимание на каждую деталь, так она естественным образом будет хорошей”.

После этого ты не должен легкомысленно выливать воду, оставшуюся после помывки риса. В старые времена, когда выливали воду, то для её процеживания использовали матерчатый мешок. Когда ты закончил мыть рис, положи его в кастрюлю. Обрати особое внимание, чтобы туда случайно не упала мышь. Ни в коем случае не позволяй кому-нибудь, кто проходит через кухню, тыкать повсюду своими пальцами или заглядывать в кастрюлю.

Подготовь те овощи, которые будут использоваться в гарнирных блюдах, для следующей утренней еды. В то же время убери рис и оставшийся после полуденной еды суп. Добросовестно вымой ёмкость для риса и суповую кастрюлю, вместе со всей остальной утварью, которая была использована. Поставь на высокое место те вещи, которые естественным образом идут на высокое место, а те, которые были бы наиболее устойчивы на низком месте, на низкое место; Вещи, которые естественным образом принадлежат на высокое место, лучше всего обосновываются на высоком месте, в то время как те, которые принадлежат на низкое место, находят там свою наибольшую устойчивость.

Помой палочки для еды, поварёшки и всю остальную посуду; Обращайся с ними с одинаковой заботой и вниманием, кладя всё обратно туда, куда оно принадлежит естественным образом. Сосредоточь своё внимание на своей работе и не кидайся вещами бездумно.

После того как была сделана эта работа, пришло время подготовки к полуденной еде следующего дня. Сначала проверь, нет ли в рисе каких-нибудь насекомых, горошин, рисовой отруби или маленьких камней, и если они есть, то удали их.

При выборе риса и овощей, которые будут использованы, те, кто работает под руководством тэндзо, должны читать сутры духу камадо. Потом начинай подготавливать ингредиенты для гарнирных блюд и супа, тщательно очищая всё от какой-нибудь грязи или насекомых.

Когда тэндзо получает еду от кусу, то он никогда не должен жаловаться на её количество или качество, а всегда обращаться со всем с огромным вниманием и заботой. Нет ничего более плохого, чем жаловаться на то, что чего-то слишком много или слишком мало, или на его низкое качество.

И днём и ночью позволяй всем вещам входить в твой ум и находиться в нём. Позволь твоему уму (“Я”) и всем вещам действовать вместе как единое целое. До полуночи направляй своё внимание на планирование работ следующего дня; После полуночи начинай подготовку к утренней еде.

После утренней еды помой кастрюли и свари рис и суп для полуденной еды. При замачивании риса и измерении воды тэндзо должен присутствовать рядом с раковиной.

Держи свои глаза открытыми. Не потеряй даже одного зёрнышка риса. Тщательно помой рис, положи его в кастрюлю, зажги огонь и свари его. Есть старое выражение, которое звучит так: “Смотри на кастрюлю как на свою собственную голову; Смотри на воду как на свою кровь”.

Помести сваренный рис в бамбуковую корзину летом или в деревянную ёмкость зимой, а потом поставь его на стол. Вари рис, суп и гарнирное блюдо в одно и то же время.

Тэндзо должен всегда быть там, обращая большое внимание на рис и суп, когда они варятся. Это так, вне зависимости от того, делает ли тэндзо всю работу сам или у него есть ассистенты, которые помогают ему либо с варкой, либо с присмотром за огнём. Даже хотя теперь в больших монастырях людям поручают варить суп или рис, но тэндзо не должен забывать, что эти люди – его ассистенты, работающие под его руководством, и они не могут считаться ответственными за эту работу. В старые времена тэндзо был полностью ответственным за всё; Тогда не было таких ассистентов.

Когда ты готовишь еду, то никогда не смотри на ингредиенты с какой-нибудь обычной точки зрения и не думай о них только своими чувствами. Сохраняй отношение, которое пытается построить великие храмы из обычной зелени, которое излагает Буддадхарму посредством самых банальных действий. Когда готовишь суп с обычной зеленью, то не дай унести себя чувствам неприязни по отношению к ней и не относись к ней пренебрежительно; Не прыгай от радости просто потому, что тебе дали ингредиенты высокого качества, чтобы сделать особые блюда. Также как ты не наслаждаешься едой из-за её особенно хорошего вкуса, так и нет причин, чтобы чувствовать отвращение по отношению к обычной пище. Не будь небрежным и невнимательным просто потому, что вещи кажутся обыкновенными, и не торопись работать более усердно с вещами высокого качества. Твоё отношение к вещам не должно зависеть от их качества. Человек, на которого влияет качество вещей, или который изменяет свою речь или манеры в соответствии с внешним видом или положением людей, которых он встречает, это не человек, работающий на пути.

Укрепи свою решимость и посвяти свой жизненный дух тому, чтобы превзойти чистоту древних патриархов и чтобы быть даже более тщательным, чем те, кто пришёл до тебя. Как мы можем применить наше стремление жизни таким образом, чтобы оно действовало ради пути? Если великие учителя прошлого могли сделать простой суп из зелени за гроши, то мы должны стараться сделать прекрасный суп за ту же сумму. Это очень тяжело сделать. Наряду с другими вещами здесь есть и большая разница между прошлыми веками и теперешним веком, так что не просто даже надеяться стоять поблизости учителей давних времён. Но будучи добросовестными в наших действиях и вкладывая в эти действия нашу энергию, нет причин, почему бы мы не могли быть равны древним мастерам. Мы должны стремиться к высшим идеалам, не становясь высокомерными в нашем поведении.

Такие вещи на самом деле само собой разумеются. Но мы остаёмся в непонимании о них, так как наши умы несутся как лошади, дико бегущие по полю, в то время как наши чувства остаются неуправляемыми, как обезьяны, раскачивающиеся на деревьях. Если бы мы только сделали шаг назад, чтобы тщательно подумать о лошади и обезьяне, то наши жизни стали бы естественным образом единым целым с нашей работой. Поступать таким образом – это метод, где мы поворачиваем вещи, даже когда одновременно мы и поворачиваемы ими. Очень важно, чтобы мы прояснили и привели в гармонию наши жизни с нашей работой и не потеряли из виду ни абсолютное, ни практическое.

Обращайся даже с одним единственным листком зелени таким образом, который манифестирует тело Будды. Это в свою очередь позволяет Будде манифестироваться посредством листка. Это сила, которую ты не можешь схватить своим мыслящим умом. Она свободно действует наиболее естественным образом в соответствии с ситуацией. В то же самое время эта сила работает и в наших жизнях, чтобы прояснить и установить действия, и она благодетельна для всех живых существ.

После того как закончена подготовка еды, хорошо прибери всё, ставя каждую вещь на своё место. Когда раздастся звук барабана и прозвучит звонок колокольчика и утром и вечером, то не пропусти дзадзэн и не забудь сходить к мастеру, чтобы получить его учение.

Когда ты вернёшься в свою комнату, то закрой глаза и сосчитай, сколько человек находится в содо. Не забудь старших священников и отошедших от дел монахов, прибавь ещё тех, кто живёт в отдельных комнатах. Добавь тех, кто находится в лазарете или каких-нибудь других старых людей. Кроме того, те монахи, которые находятся в отпуске и другие, которые могли только что прибыть, но ещё не полностью живут в общине, должны быть приняты во внимание. И в итоге добавь тех, кто живёт в одном из боковых зданий храмного комплекса. Если есть какие-то сомнения, то сверься с начальниками других отделов или теми, кто отвечает за различные места, где могут останавливаться люди.

Когда ты знаешь точное число людей в общине, то подсчитай, сколько еды надо сготовить. На каждое зёрнышко риса, которое надо съесть, добавь одно зёрнышко. При разделении одного зёрнышка результатом могут быть две половинки зёрнышка или возможно три или четыре. С другой стороны одно зёрнышко может быть равно половине зёрнышка или возможно двум половинкам зёрнышка. В то же время две половинки зёрнышка можно посчитать как одно целое зёрнышко. Ты должен ясно видеть, сколько излишка будет создано, если ты добавишь одну часть риса, или же будет ли достаточно риса, если ты заберешь одну часть.

Когда ты ешь одно зёрнышка риса Лулин, то можешь стать монахом Гуйшань. Когда ты добавляешь одно зёрнышко, то можешь стать коровой. Иногда корова ест Гуйшань, иногда Гуйшань пасёт корову!

Подумай, хорошо ли ты понял эти дела и можешь ли сделать эти расчёты. Ещё раз пройдись по всему, и когда ты понял эти детали, то будь готов объяснить их другим в соответствии с их возможностями к пониманию. Будь изобретательным в своей практике; Смотри на корову и на Гуйшань как на единое целое, не как на два, даже хотя временно они и появляются таким образом. В твоей повседневной жизни не забывай это ни на одну секунду.

Если кто-нибудь приходит, чтобы сделать денежное пожертвование на еду, то посоветуйся с другими людьми, занимающими должности, как эти деньги должны быть использованы. Это было традицией в буддийских общинах на протяжении веков. При других видах пожертвований общине, таких как вещей, которое будут розданы среди жителей храма, тоже посоветуйся с другими людьми, занимающими должности. Иными словами, не наноси вреда авторитету других людей, занимающих должности, и не принимай решений за рамками своей ответственности.

После того как каждую еду внимательно сготовили, поставь её на стол. Надень свою кэсу и расстели дзагу. Повернувшись лисом к содо, где все сидят дзадзэн, подожги благовония и поклонись 9 раз. После этого неси еду в содо.

Весь день и всю ночь тэндзо должен делать приготовления и готовить еду, не тратя бессмысленно ни одного мгновения. Если он бросает всю свою энергию на то, чего действительно требует ситуация, то и действие и метод, которым он его совершает, будут естественным образом работать на взращивание семян Буддадхармы. Просто забота о работе тэндзо позволяет всем обитателям храма в общине продолжать свою практику наиболее стабильным образом.

Прошло несколько сотен лет с тех пор, как Буддадхарму принесли в Японию. Но всё ещё никто не написал о подготовке и подавании еды как о выражении Буддадхармы, и ни один учитель не учил по этому вопросу. И уж тем более никто не упоминал 9 поклонов, прежде чем подавать еду жителям храма. Такая практика никогда не появлялась в умах людей этой страны. Здесь люди думают о еде как животные, не заботясь о том, как они едят. Какое грустное состояние дел. Мне действительно печально видеть такие вещи. Почему это должно быть так?

Когда я был на горе Тяньтун, то монах, которого звали Лу из Цинюань Фу, был тэндзо. Однажды после полуденной еды я шёл к другому зданию храма, когда заметил Лу, сушащего грибы на солнце перед буцудэн. У него была деревянная палка, но на голове не было шляпы. Лучи солнца палили так безжалостно, что черепица вдоль дороги обжигала ноги. Лу тяжело работал и был весь в поту. Я не мог не почувствовать, что работа была для него слишком большой нагрузкой. Его спина была как туго натянутый лук, его длинные брови были белые как журавли.

Я приблизился к нему и спросил о его возрасте. Он ответил, что ему 68 лет. Тогда я спросил его, почему он никогда не использует каких-нибудь ассистентов.
Он ответил: “Другие люди – не я”.
“Ты прав”, сказал я; “Я могу видеть, что твоя работа – это действие Буддадхармы, но почему ты так тяжело работаешь под этим палящим солнцем?”.
Он ответил: “Если я не сделаю это сейчас, то когда ещё я могу сделать это?”.
Мне было больше нечего сказать. Когда я шёл по той дороге, то начал чувствовать внутри себя истинное значение роли тэндзо.

Я прибыл в Китай в апреле 1223 года, но не смог сразу же выйти на берег. Я остался на борту корабля в порту Нинбо. Однажды в мае, когда я разговаривал с капитаном, то старый монах где-то 60-летнего возраста пришёл прямо к кораблю, чтобы купить грибы у японского купца на борту. Я пригласил его на чай и спросил, откуда он. Он сказал, что он тэндзо в монастыре на горе Аюйван и добавил:
“На самом деле я из Сишу, но ушёл оттуда более 40 лет назад. В этом году мне исполняется 61 год, и я практиковал в нескольких монастырях Дзэн в стране. В прошлом году, когда я жил в Гуюнь, то посетил монастырь на горе Аюйван, хотя и провёл там своё время в полном недоумении, чем же я там занимался. Потом, после летнего периода практики в прошлом году, меня назначили тэндзо. Завтра 5-ое мая, но у меня нет ничего особенного, что бы я мог предложить монахам. Я хотел приготовить лапшовый суп, но у меня не было грибов, чтобы положить их туда, так что я пришёл сюда, чтобы купить их”.
Я спросил: “Когда ты покинул Аюйван?”.
Он ответил: “После обеда”.
“Это далеко отсюда?”.
“Где-то 14 миль”.
“Когда ты собираешься возвращаться в храм?”.
“Я собираюсь вернуться, как только куплю грибы”.
“Ты не можешь себе представить, насколько я рад, что мы смогли встретиться так неожиданно. Если это возможно, то я бы хотел, чтобы ты остался здесь немного подольше и позволил мне поднести тебе ещё что-нибудь”.

“Мне очень жаль, но сейчас это невозможно. Если меня не будет там завтра, чтобы сготовить еду, то тогда она не будет сделана хорошо”.
“Но ведь в таком большом месте как Аюйван, несомненно, есть и другие, которые достаточно способны, чтобы сделать еду. У них не будет больших проблем, если тебя там нет, разве не так?”.
“Я несу ответственность за эту работу в свои старые годы. Это, так сказать, практика старого человека. Как я могу доверить всю эту работу другим? Более того, когда я покинул храм, то не спросил разрешения отсутствовать на ночь”.
“Но почему, если ты такой старый, то делаешь тяжёлую работу тэндзо? Почему ты не проводишь своё время, практикуя дзадзэн или работая над коанами старых учителей? Есть ли что-нибудь особое, что можно получить от работы именно тэндзо?”.
Он залился смехом и заметил: “Мой добрый друг из-за границы! Ты ещё не понимаешь, о чём вообще идёт речь в практике, и ты ещё не знаешь значение знаков”.
Когда я услышал слова старого монаха, то они захватили меня врасплох, и я чувствовал себя очень пристыженным. Так что я спросил его: “Что такое знаки и что такое практика?”.
Он ответил: “Если ты не обманываешь самого себя об этой проблеме, то ты будешь человеком пути”. В то время я не мог понять смысл его слов.
“Если ты не понимаешь, то, пожалуйста, приходи как-нибудь к горе Аюйван, и мы поговорим о природе знаков более подробно”. Тут он быстро встал. “Становится поздно, и солнце скоро сядет. Я боюсь, что не могу здесь больше оставаться”. Потом он ушёл к горе Аюйван.

В июле того же года я остановился на горе Тяньтун. Однажды тэндзо из Аюйван пришёл, чтобы увидеть меня. Он сказал: “Так как закончился летний период практики, то я должен оставить пост тэндзо и собираюсь вернуться домой. Я услышал, что ты здесь, и очень хотел поговорить с тобой и посмотреть, как у тебя дела”.
Я был действительно счастлив видеть его и радушно принял. Мы поговорили о разных вещах и в итоге добрались до темы, которой коснулись на борту корабля, о практике и изучении знаков.
Он сказал: “Человек, который изучает знаки, должен просто знать, что такое знаки, а тот, кто собирается практиковать путь, должен понимать, что такое практика”.
Я снова спросил его: “Что такое знаки?”.
“Один, два, три, четыре, пять”, ответил он.
“Что такое практика?”.
“В мире нет ничего скрытого”.

Хотя мы и говорили о многих других вещах, но я не буду упоминать их здесь. Всему, чему я научился о знаках и практике, в значительной степени я обязан этому тэндзо. Когда я опять встретился с моим учителем Мёдзэн, который потом умер в Китае, и рассказал ему о моей встрече с тэндзо с горы Аюйван, то он был очень счастлив услышать об этом. Позднее я нашёл гатху Суэдоу, которую он написал для одного из своих учеников:
Один, семь, три, пять –
Истину, которую ты ищешь, нельзя схватить.
Когда наступает ночь, яркая луна
освещает целый океан;
Драгоценности дракона находятся в каждой волне.
В поисках луны, она здесь,
в этой волне, в следующей.

До меня дошло, что то, что сказал тэндзо, которого я встретил в прошлом году, прекрасно совпадает с тем, на что указывает Суэдоу посредством своей гатхи. Я понял более, чем когда-либо раньше, что тэндзо был человеком, который полностью жил Буддадхарму.

Раньше я видел знаки один, два, три, четыре и пять; Теперь я также вижу шесть, семь, восемь, девять и десять. Будущие ученики должны иметь возможность увидеть и ту сторону от этой стороны, и эту сторону от той стороны. Практикуя с упорным усилием, используя всю свою изобретательность, ты сможешь понять истинный Дзэн, который выходит за пределы поверхности знаков. Если ты поступаешь иным образом, то это закончится только тем, что тобой будет понукать по разному окрашенный Дзэн, который не даст тебе способности хорошо приготовить еду для общины.

Такие истории о должности тэндзо, как те, что я упомянул до этого о Гуйшань и Дуншань, передавались через века. Также как я встретился с монахами с горы Тяньтун и Аюйван, я повстречал и разговаривал с монахами, которые работали тэндзо в других монастырях. Если мы внимательно посмотрим на некоторые из этих историй, то поймём смысл знаков и природу практики. В действительности просто работать тэндзо – это несравненная практика Будд. Даже тот, кто занимает пост главы общины, должен иметь то же самое отношение.

В Чаньюань Цингуй написано: “Готовь каждую еду с тщательной заботой, проверяя, чтобы было достаточно. Не будь невнимательным в четырёх подношениях еды, одежды, кровати и лекарства. Шакьямуни должен был жить до 100 лет, но умер в 80, оставляя 20 лет для своих учеников и потомков. Сегодня мы живём в милости этой добродетели. Если бы мы получили хотя бы один лучик света, выпущенный бякугоко меж своих бровей, то не смогли бы исчерпать его добродетели”. Текст продолжается, говоря: “Ты должен думать только о том, как лучше всего служить общине, не боясь бедности. Пока твой ум неограничен, то ты естественным образом получаешь неограниченную удачу”. Глава общины должен создать такую позицию по отношению к службе обитателям храма.
При подготовке еды для общины очень важно не жаловаться на качество ингредиентов, а скорее развивать характер, который видит и уважает их полностью такими, какие они есть. Посмотри на историю со старой женщиной, которая получила великую заслугу для будущих жизней, поднося Шакьямуне воду, которую она только что использовала для помывки риса. Или подумай о последнем деле короля Ашоки, который на своём смертном одре радостно пожертвовал храму половину финика со своего стола. Из-за этого предсказали, что король достигнет нирваны в своей следующей жизни. Истинные узы, созданные между нами и Буддой, рождены скорее из малейшего подношения, сделанного искренне, чем из какого-нибудь великолепного подношения, сделанного не искренне. Это наша практика в качестве людей.

Блюдо не обязательно превосходно, потому что ты сделал его из отборных ингредиентов, а суп не плохой, потому что ты сделал его из обычной зелени. Когда ты имеешь дело с зеленью и выбираешь её, то делай это с полным сердцем, с чистым умом, и не пытаясь оценить её качество, делай это таким же образом, каким бы ты готовил роскошный пир. Множество рек, текущих в океан, становятся одним вкусом океана; Когда они текут в чистый океан Дхармы, то там нет таких разделений как изысканная и обычная еда, там только один вкус, и это Буддадхарма, сам мир, какой он есть. При развитии зародыша стремления жить путь, также как и при практике Дхармы, изысканные и обычные вкусы являются одним и тем же и не двумя. Есть старое выражение: “рот монаха похож на печь”. Не забывай этого.
Таким же образом пойми, что простая зелень имеет силу стать практикой Будды, в достаточной мере питая желание жить путь. Никогда не испытывай отвращение к обычным ингредиентам. Будучи учителем людей и небесных существ, наилучшим образом используй ту зелень, которая есть у тебя, какая бы она ни была.

Также не суди монахов как заслуживающих уважения или же ничего не стоящих, не обращай внимания, практиковал ли человек только короткое время или в течение многих лет. Не зная, где нам найти свою собственную стабильность, как мы можем знать, где может быть наиболее стабильным кто-то другой? Если мерка, которой мы оцениваем других, неправильна, то мы, вероятно, видим их хорошие стороны как плохие и наоборот. Какая ошибка!

Вполне могут быть различия между теми, кто практиковал в течение многих лет, и теми, кто только что начал практиковать, или же между теми, кому дарован большой интеллект, и теми, кому не так много даровано. Даже если это так, все – сокровища Сангхи. Хотя кто-нибудь мог совершать ошибки в прошлом, он вполне может быть прав в обстановке вещей теперь. Кто может сказать, дурак ли кто-либо или мудрец?

Чаньюань Цингуй говорит: “Глуп ли человек или мудр, если он монах, то он сокровище всем людям и всем различным мирам”. Даже если бы существовало “правильно” и “неправильно”, не цепляйся за эти суждения. Само стремление следовать этому отношению является тем самым действием пути, которое осуществляет несравнимую мудрость. Несмотря на тот факт, что у кого-то есть хорошая судьба встретить буддизм, следование неправильным шагам касательно этого пункта закончится полной потерей пути. Суть великих практикующих прошлых времён лежит в их вкладывании этого духа во все их действия. Братья и сёстры в будущих поколениях, которые работают в качестве тэндзо, прикоснутся к сути этого буддийского учения, только когда они практикуют таким образом, какой согласуется с этим отношением. Правила великого учителя Байчзан Хуэйхай нельзя не принимать всерьез.

Когда я вернулся в Японию, то остановился где-то на 2 года в храме Кэннин-дзи. Там была должность тэндзо, но она была только номинальной; На самом деле не было никого, кто бы выполнял работу этой должности. Так как никто не мог ясно видеть, что сама работа тэндзо является действием Будды, то не должно и удивлять, что не было никого, кто бы мог убеждённо работать посредством этой должности. Несмотря на тот факт, что у него была хорошая судьба, чтобы получить должность тэндзо, но так как он никогда не повстречал живой пример тэндзо, работающего как Будда, то он только бессмысленно тратил своё время, небрежно ломая правила практики. Это была действительно грустная ситуация.

Я внимательно наблюдал за монахом, которого назначили на должность тэндзо. Он даже никогда не помогал готовить еду, а поручал всю работу нескольким невнимательным, равнодушным слугам, в то время как сам просто давал указания. Он никогда не проверял, делается ли работа как следует. Это было, как будто бы он думал, что внимательно смотреть на то, как готовятся рис и овощи, было чем-то грубым и постыдным, как глядеть в личную комнату женщины, живущей по соседству. Он проводил своё время в своей комнате, лёжа на кровати или болтая с кем-нибудь. Я никогда не видел, чтобы он приближался к кастрюле, и уж тем более он никогда не прилагал усилий, чтобы приобрести необходимые запасы или вообще подумать об общем меню храма. Он не знал, что само занятие такими вещами является буддийской практикой. Нет, несомненно, практика надевания кэсы и поклона девять раз, прежде чем подавать каждую еду, никогда не приходила ему в голову, он не видел её даже во сне. И, сам не осознавая этих вещей, он едва ли был в состоянии ходить и учить более молодых монахов, даже хотя официально это могло бы быть его долгом. Это было печальное и грустное положение вещей.

Хотя человек может быть достаточно удачлив, чтобы его назначили на должность тэндзо, но если ему не хватает стремления идти путь, то он вернётся с пустыми руками с горы доброты и из океана добродетели. Но хотя человек может быть ещё не пробудил в себе дух Бодхисаттвы, если он встретит того, кто уже сделал это, то для него будет возможным практиковать путь жизни Будды. Или даже если он ещё не встретил пробуждённого учителя, но если у него есть глубокое стремление жить этим несравнимым путём жизни, то он, несомненно, усвоит практику такого пути. Однако если оба этих условия не выполнены, то как бы мог кто-нибудь действовать внутри пути жизни Будды?

Во всех этих многочисленных монастырях, распложенных на различных горах, которые я посетил в Китае Сун, монахи, имеющие соответствующие должности, работали на своих постах один год за раз, однако они всегда сохраняли и показывали одно и то же отношение, как и глава общины, применяя это отношение подходящим ко времени и ситуации образом. Три аспекта этого отношения – это видеть, что работа на благо других приносит благо и тебе; Понять, что за счёт совершения всякого усилия ради процветания общины человек вливает новые силы и в свою собственную личность; И знать, что прилагать усилия, чтобы стать равным и превзойти патриархов прошлых поколений, означает учиться из их жизней и ценить их пример.

Хорошо пойми это: Дурак смотрит на себя как на другого, но мудрый смотрит на других как на себя.

Как сказал древний учитель:
Уже прошли две трети дня,
И мы ещё не практиковали, проясняя, кто мы есть.
Мы бессмысленно тратим свои дни, бегая за удовлетворением,
Так что даже когда нас зовут, то мы отказываемся обернуться.
Очень прискорбно.

Не повстречав истинного учителя, в итоге нас будут водить по кругу наши чувства и эмоции. Случай с глупым сыном богатого человека, покидающего дом с семейным сокровищем, который выбрасывает его, как кучу мусора, действительно грустный. Таким же образом когда мы хорошо знакомы с тем, что такое работа тэндзо, то мы не должны безрассудно расточать её.

Размышляя над теми, кто работал в качестве тэндзо с отношением практики пути, в каждом случае мы можем увидеть, что образ действий, в котором они совершают свою работу, точно совпадает с добродетелями их нрава. Просветление Дайгуй пришло в то время, когда он работал как тэндзо у Байчзан. Случай с тремя фунтами сезама Дуншань произошёл, когда он был тэндзо. Есть ли какая-нибудь большая ценность, чем понимание, что такое путь? Есть ли какое-нибудь более драгоценное время, чем время понимания пути?

Чтобы упомянуть один пример человека, стремящегося к пути, я упомяну мальчика, который сделал подношение песка, как если бы это было великое сокровище. Случай о том, какая хорошая судьба приключилась с тем, кто делал изображения Будды и выказывал им своё отношение уважения, также показывает тот же самый дух. Обязанности должности, положенные имени “тэндзо”, остались теми же, что и сотни лет назад. Если не изменились отношение и действия должности, то как мы можем не преуспеть, работая как тэндзо, чтобы осуществить его изумительную природу и путь таким же образом, как это делали в старые времена.

В действительности, работая на любой ответственной позиции, не только как тэндзо, но и на какой-нибудь другой должности или ассистентом, старайся сохранить дух радости и великодушия, вместе с заботящимся отношением родителей.

Радостный дух – это дух благодарности и жизнерадостности. Ты должен внимательно подумать над этим. Если бы ты родился в какой-нибудь небесной сфере, то, скорее всего, стал бы привязанным к удовольствиям этой сферы, не используя ни время, ни возможность, чтобы пробудить дух Бодхи, и, вероятно, ты бы не почувствовал никакой особой нужды практиковать Буддадхарму. И уж тем более ты бы не смог приготовить еду для Трёх Сокровищ, несмотря на то, что они являются наивысшим и самым ценным из всех вещей. Ни бытиё сакро-деванам-индра, ни бытиё чакравартина несравнимо с Тремя Сокровищами.

В Чаньюань Цингуй есть отрывок: “Сангха – это самая большая драгоценность из всех вещей. Те, кто живут в общине, освобождены от мелочности общественных дел. Такая община манифестирует благородную позу, лишённую выдумок о мире”.

Как же нам повезло, что мы родились людьми, которым дана возможность готовить еду для Трёх Сокровищ. Наше отношение поистине должно быть отношением радости и благодарности.

Мы также должны подумать о том, чем бы были наши жизни, если бы мы родились в одной из сфер ада, как ненасытные духи, как какие-нибудь низшие звери или как демоны. Какой же трудной была бы наша жизнь, если бы мы страдали злоключениями этих четырёх обстоятельств или какими-нибудь другими из восьми неудачных состояний. Мы бы не смогли практиковать Дхарму с силой общины, даже если бы у нас было такое желание. И уж тем более мы бы не смогли готовить еду нашими собственными руками и подносить её Трём Сокровищам. Наше тело и ум были бы связаны ограничениями и недугами этих миров, и они должны были бы выстрадать своё бремя.

Поэтому радуйся своему рождению в этом мире, где ты можешь свободно использовать своё тело, чтобы поднести еду Трём Сокровищам: Будде, Дхарме и Сангхе. Учитывая бесчисленные возможности в вечной вселенной, нам дали удивительный шанс. Заслуга работы тэндзо никогда не иссякнет. Моё искреннее желание – это чтобы ты использовал всю свою энергию и усилия всех своих жизней – прошлого, настоящего и будущего – и каждое мгновение каждого дня на свою практику за счёт работы тэндзо, так чтобы ты создал сильную связь с Буддадхармой. Смотреть на все вещи с таким отношением называется радостным умом.

Даже дела великодушного властелина исчезают быстро как пена на воде или задутое ветром пламя свечи. Лучше, чем быть таким властелином, для Буддадхармы было бы более ценным, если бы ты готовил еду и подносил её Трём Сокровищам.

Росин – это ум или отношение родителей. Также как и родители заботятся о единственном ребёнке, так и ты помни о Трёх Сокровищах. Родители, вне зависимости от своей бедности или сложных обстоятельств, любят ребёнка и с заботой воспитывают его. Насколько же глубока такая любовь? Только родители могут понять её. Родители защищают детей от холода и заслоняют от жаркого солнца, не заботясь о своём собственном благополучии. Только человек, в котором пробудился такой ум, может понять это, и только тот, в ком такое отношение стало его второй природой, может полностью осуществить это. Это наивысший принцип бытия родителями. Таким же образом, когда ты имеешь дело с водой, рисом или чем-нибудь ещё, то должен иметь любящую и внимательную заботу родителей, воспитывающих ребёнка.

Шакьямуни взял 20 лет от своей продолжительности жизни, чтобы позаботиться о нас в будущих поколениях. В чем значение этого? Это была просто демонстрация родительского ума. Татхагата делал это не в ожидании какой-нибудь награды или известности. Он делал это безоговорочно, не думая о прибыли или выгоде.

Великодушный ум похож на гору, он стабильный и беспристрастный. Океан служит ему примером, он терпим, и обозревает всё с наиболее широкой точки зрения. Иметь великодушный ум означает не быть предубеждённым и отказаться принимать чью-нибудь сторону. Когда ты несёшь что-то весом в унцию, то не думай об этом как о лёгком, и таким же образом, когда ты несёшь 50 фунтов, то не думай об этом как о тяжёлом. Не дай унести тебя прочь звукам весны и пусть у тебя не становится тяжело на сердце при виде цветов осени. Смотри на изменения времён года как на единое целое и оценивай относительность лёгкого и тяжёлого с широкой точки зрения. Именно тогда ты должен писать, понять и изучать знак великодушного.

Если бы тэндзо из Цзяшань не знал глубоких последствий великодушия, то он никогда бы не смог помочь Фу Шанцзо из Дайюань на его пути к настоящей практике Дхармы посредством его внезапного взрыва смеха во время одной из лекций Дайюань. Если бы Гуйшань не смог написать знак великодушного, то он бы без сомнения не показал бы и его глубокое понимание перед своим мастером, поднимая кусок мёртвых дров и дуя на него 3 раза, прежде чем вернуть мастеру. И тогда бы Дуншань, если бы он не полностью понял великодушие, не ответил бы на вопрос о том, что такое Будды, своим теперь уже известным действием подбирания трёх фунтов сезама.

Очень хорошо пойми это. Все великие учителя в течение веков учились значению великодушия не просто за счёт написания его знака, а посредством различных событий и обстоятельств своей жизни. Даже теперь мы можем чётко слышать их голоса, объясняющие наиболее основополагающие истины и последствия этих истин для нашей жизни. Они были людьми, чьи глаза были открыты на то, что наиболее важно в жизни практики, позволяя нам соприкоснуться с Буддой [Реальностью жизни]. Их самые жизни манифестировали единственное назначение истинного “Я”. Глава ли ты храма, старший монах, занимаешь иную должность, или же ты просто обычный монах, не забывай отношения жить свою жизнь с радостью, обладать глубокой заботой родителей и выполнять все свои действия с великодушием.

Написано Догэном весной 1237 года в Косё-дзи для последователей пути в будущих поколениях.

Информация любезно предоставлена сайтом – www.antaiji.dogen-zen.de